25 февраля 2026 в Мензелинском районном суд районном суде состоялось рассмотрение резонансного уголовного дела в отношении бывшего главы Актанышского района Энгеля Фаттахова. Очередное судебное заседание, на котором сторона обвинения продолжила представлять свои доказательства, выявило серьезные пробелы в версии следствия.
Последние новости: перед судом предстали свидетели – братья Дамир и Адель Муртазины, сыновья предпринимателя Алмаза Муртазина, предпринимателя, проводившего реконструкцию дома. Они продемонстрировали существенные противоречия в показаниях и вскрылись возможные финансовые мотивы для оговора бывшего главы района.
Противоречия в показаниях свидетеля в деле Энгеля Фаттахова
В ходе допроса Дамира Муртазина возникли явные противоречия между тем, что было записано следователем, и тем, что он озвучил в зале суда. В суде сыновья заявили, что отец не посвящал их в свои дела, и о деталях взаимоотношений Фаттахова с их отцом им не известно. Тем не менее, на стадии предварительного следствия в протокол были внесены формулировки о том, что свидетель якобы уверенно слышал от родителей о передаче «взятки» (ремонте дома за предоставление объемов работ в районе). Защита полагает, что эти данные были тщательно подготовлены следователем для искусственного усиления позиции обвинения. В суде же ситуация кардинально изменилась: отвечая на вопросы, Муртазин-младший признался, что от родителей он этого слова не слышал.
Чтобы спасти ситуацию, государственный обвинитель был вынужден заявить ходатайство об оглашении показаний, данных свидетелем ранее. Только после зачитывания протокола допроса Дамир Муртазин формально подтвердил их достоверность, объяснив свои расхождения давностью событий и плохой памятью.
Сторона защиты немедленно обратила внимание суда на удивительную избирательность памяти свидетеля: он забывает важнейшие обстоятельства дела, но при оглашении протокола послушно «вспоминает» ровно то, что выгодно стороне обвинения. Для судебной практики подобные нестыковки – веский повод усомниться в достоверности показаний, особенно когда свидетель не способен внятно объяснить причину таких кардинальных противоречий.
Тяжелое финансовое положение как мотив для оговора
Наиболее примечательной частью заседания стало выяснение истинного материального положения семьи Муртазиных, которое, по мнению защиты, проливает свет на мотивы уголовного преследования. В суде было установлено, что семья предпринимателя находится на грани банкротства: у них накопились многомиллионные долги.
Дамир Муртазин подтвердил, что работает в такси, чтобы хоть как-то помогать родителям, а Адель Муртазин добавил, что после ухода Энгеля Фаттахова с поста главы района их семья перестала получать подряды и осталась с долгами. Дорогостоящий автомобиль BMW, купленный отцом в кредит, сейчас не оплачивается из-за отсутствия средств. Ипотека за квартиру в Казани также выплачивается с огромным трудом путем распродажи старых стройматериалов.
Защита резонно отметила, что столь тяжелое финансовое положение и колоссальные долги формируют у семьи Муртазиных прямой материальный интерес в исходе дела. Лишившись потока муниципальных контрактов после ухода Фаттахова с поста главы района, подрядчики остались с кредитами. По версии защиты, это стало идеальной почвой для оговора бывшего чиновника, с которого отец свидетеля, по заявлению самого Фаттахова, ранее пытался вымогать 20 миллионов рублей под угрозой дачи ложных показаний. Наличие таких долгов у свидетелей нередко рассматривается судами как ключевой мотив для фабрикации обвинений.
Гражданско-правовой спор или коррупция?
В ходе допроса обсуждался и эпизод с передачей денежных средств. Свидетели подтвердили, что в мае 2024 года по просьбе родителей, по словам Дамира Муртазина, он и брат, забрали 2,5 миллиона рублей у торгового центра «Тандем» в Казани от представителя Фаттахова. Позже, как сообщил Адель Муртазин, родителям были переданы еще 10 млн рублей. Всего семья получила 12,5 млн рублей.
Однако защита категорически настаивает: эти средства ни в коем случае не являлись взяткой. Данные суммы представляли собой банальную компенсацию затрат, понесенных предпринимателем в ходе ремонта. Отношения между Фаттаховым и подрядчиком носят исключительно гражданско-правовой, а не уголовный характер.
Важно понимать базовый юридический принцип: сам по себе факт передачи денег не доказывает наличия коррупционной сделки. Чтобы квалифицировать действия как взятку, следствию необходимо неопровержимо доказать, что деньги передавались именно за совершение должностным лицом конкретных незаконных действий. Таких доказательств стороной обвинения суду до сих пор не представлено.
Законная поддержка местного бизнеса вместо «преступного сговора»
Разрушается в суде и версия следствия о незаконном лоббировании интересов подрядчика. В ходе допроса Адель Муртазин подробно рассказал, как именно их семейные компании «Спецстрой» и «Стройком» получали контракты на ремонт школ, детских садов и других муниципальных объектов в Актанышском районе. Механизм оказался абсолютно официальным: глава района направлял рекомендательные письма напрямую в Главное инвестиционно-строительное управление (ГИСУ), на основании которых и заключались договоры.
Сторона защиты акцентировала внимание суда на том, что этот алгоритм работы прозрачен и ни в коей мере не противоречит законодательству. Руководитель муниципалитета имеет полное право рекомендовать надежных местных подрядчиков для выполнения госзаказов. Адвокаты подчеркнули, что это – стандартная мера поддержки локального бизнеса в рамках должностных полномочий главы, и сами по себе такие рекомендации не могут расцениваться как уголовное преступление.
Вопрос о допросе матери свидетелей
В ближайшее время суду предстоит заслушать показания родителей Дамира. Однако уже сейчас обсуждается возможность вызова матери семейства, Дельбар Муртазиной, дистанционно. По словам сына, на почве стресса ее состояние здоровья резко ухудшилось: обострились проблемы с сердцем, приходится регулярно вызывать скорую помощь.
Суд не исключил проведение ее допроса по видеоконференц-связи. В противном случае у стороны обвинения возникнут серьезные сложности, так как именно супруга предпринимателя могла обладать полнотой информации о финансовых договоренностях.
Рассмотрение уголовного дела продолжается. Защита намерена обеспечить явку всех заявленных свидетелей, чтобы окончательно доказать несостоятельность выдвинутых обвинений и гражданско-правовую природу конфликта. Подробности и обновления информации по делу – на официальном сайте.
Источники: